Умолчание

Алексей Поляринов, «Кадавры»

Шел 2025 год, [данные извлечены].

Эмма Смит, «Портативная магия»

В шестом томе Стерн, как известно, предоставляет в распоряжение читателя целую пустую страницу, чтобы он мог заполнить ее описанием соблазнительной вдовы Водмен: «никогда глаза твои не созерцали и вожделение твое не желало ничего более вожделенного, чем вдова Водмен».

Ричард Осман, «Клуб убийств по четвергам»

Он однажды видел заголовок статьи о диетической коле — такой пугающий, что самой статьи предпочел не читать.

Татьяна Замировская, «Земля случайных чисел»

Это ты не головой мне сочувствуешь, Павел, а другим органом, а каким, я тебе этого не скажу.

Яцек Дукай, «Король боли»

Ради Бога, один только раз, я умоляю тебя, ты не должен всегда —

Юрий Каракур, «Фарфор»

Разговаривали о чём-то неважном, потому что о важном разговаривать было страшно: всё-таки следующий отпуск только через год, а бабушке семьдесят пять, семьдесят шесть, семьдесят семь, семьдесят восемь.

Стивен Фрай, «Пресс-папье»

Что касается моих взглядов на безвкусное, покрытое лаком существо, которое управляет нашей страной, ими я вас обременять не стану.

Трумен Капоте, «Другие голоса, другие комнаты»

Как же мне охота быть мальчишкой — я бы стала моряком, я бы… — бессилие ее было трогательно.

Пип Уильямс, «Потерянные слова»

Я прекрасно понимала, что чувствую, но передать это словами не могла.

Павел Кушнир, «Русская нарезка»

Руки красивые, вижу боковым зрением и не то чтобы просто становится слегка жаль что никогда.

Владимир Покровский, «Персональный детектив»

Затем они кинулись друг на друга и стали совершать телодвижения, суть которых я опущу.

Алексей Поляринов, «Кадавры»

Побитый, перекошенный предыдущей бурей знак у дороги желал им «一路順風!».

Марина Степнова, «Женщины Лазаря»

«Имеется обсыпная и глазированная», — пропела она нежным, заговорщицким тоном, словно предлагала Линдту бог весть какие пряные и запретные услуги.

Владимир Набоков, «Волшебник»

Но когда цель ослепляет, и душит, и сушит гортань, когда здоровый стыд и хилая трусливость сторожат каждый шаг –

Александр Ильянен, «Пенсия»

zb это по-арабски сами знаете что.

Дмитрий Данилов, «Описание города

Здесь центральная улица (проспект) описываемого города заканчивается, а под прямым углом к центральной улице от нее отходит улица с названием из четырех букв, две согласные и две гласные, оно очень странное, это название, совершенно непонятно, что оно означает, может быть, это имя человека, или животного, или птицы, или название неодушевленного предмета, или какого-нибудь вещества, или, там, небесного тела, в общем, трудно сказать.

Элиезер Юдковский, «Гарри Поттер и методы рациональности»

Как-то раз профессор зельеварения в назидание рассказал им историю (сопровождая её насмешками и издёвками, чтобы глупость не казалась романтичной и смелой) о второкурснице из Шармбатона, которая украла запрещённые для учеников и очень дорогие ингредиенты и попыталась сварить Оборотное зелье, чтобы принять облик другой девочки для целей, которые лучше оставить за пределами повествования.

Алексей Поляринов, «Кадавры»

Привычные [данные извлечены] привели к [данные извлечены].

Ладислав Клима, «Страдания князя Штерненгоха»

Ползала на четвереньках, старалась, бедняжка, подражать их реву и прыжкам, дралась с ними, садилась им на спину, чтобы покататься, лазила перед ними по деревьям и прыгала вниз, а они ловили ее своими лапами — я удивляюсь, что ее ребра уцелели; она целовала их в морды, вылизывала им… я даже не скажу что; в порыве мазохизма позволяла им облизывать все тело шершавыми языками, пока не оказывалась вся в крови.

Александр Маркин, [Дневник 2002-2006]

В темноте, подходя к своему дому, слышал, как у мебельного магазина женщина отчитывала своего сына, говорила ему, что она ему безгранично доверяла и думала, что он у нее хороший порядочный парень, а он оказался, оказался…

Гайто Газданов, «Эвелина и её друзья»

Но рано или поздно это всегда кончалось одинаково: телефонный звонок или телеграмма, его появление и очередной рассказ о том, что он никогда не думал... что он не понял... что теперь он знает лучше, чем когда-либо...

Ник Харкуэй, «Ангелотворец»

Самое обыкновенное слово, но что же она с ним сотворила…

Стивен Кинг, «Секретные окна»

Там были слова, рифмующиеся со словом «жуй» и рифмующиеся со словом… ладно, не будем уточнять.

Анна Наринская, «Обстоятельства речи»

Комментатор всякий раз с каким-то сомнением произносил их короткие имена — Боми и Джер — и начинал торопливо объяснять, что вот, леди и джентльмены, они же парсы, а парсы, если кто не знает, это…

Гайто Газданов, «Судьба Саломеи»

После этого, пьяный от восторга, он явился ко мне, разбудил меня и стал кричать, что я никогда не пойму, что я не могу себе представить, что это...

Николай Байтов, «Думай, что говоришь»

Но я не верю: блаженства-то ещё никакого не будет, а страх уже есть сейчас, она только обещает, а дикий страх с встающими дыбом волосами, как будто наэлектризованными, а блаженство, может, и будет, но не такое острое, а какое-нибудь простое, совсем обыкновенное, не блаженство, а недоразумение, я уже знаю по опыту моего общения с женщинами: они всегда обещают, а потом оказывается…

Валерия Нарбикова, «Равновесие света дневных и ночных звёзд»

Ей хотелось известно что, известно с кем.

Дмитрий Данилов, «Описание города»

Идет небольшой снег, по дальнему пути медленно едет коротенькая четырехвагонная электричка, раннее утро, темно, какое-то тревожное и одновременно приятное ощущение, здравствуй, описываемый город, по подземному переходу направо, киоск с прессой, скажите, а у вас есть карта описываемого города, да, у нас есть карта описываемого города, вот такая, а, спасибо, такая уже имеется, ну а какая вам еще нужна, ну, какая-нибудь другая, больше никакой нету, ну ладно, спасибо, спасибо, по лестнице наверх на привокзальную площадь, здравствуйте, не подбросите до гостиницы, название которой совпадает с названием одного из областных центров Украины, двести пятьдесят, поехали, по мосту через реку и потом довольно долго через поле, вернее, через луг, это пойма реки, наверное, весной этот луг заливает и получается так называемый заливной луг, впереди не очень высокой горой с редкими огоньками виднеется центральная часть города, въезд в центральную часть города, по длинной темной улице мимо маленьких темных домиков, потом улица становится светлее и домики больше, потом направо, и вот уже совсем центр, круглая площадь, ярко освещенное здание гостиницы, название которой совпадает с названием одного из областных центров Украины.

Константин Вагинов, «Козлиная песнь»

Послышалось плескание воды, появилась рука, поливающая цветы, появились две руки, развешивающие пеленки, появился человек и поспешил, другой человек появился и тоже поспешил.

Алексей Шельвах, «Приключения англичанина»

Вот одна провела великолепный прямой в голову, тут же присела на четвереньки, впилась зубами в ухо поверженной и поволокла ее к берегу, намереваясь утопить, не иначе; другая оседлала противницу и вонзает ей в бока острые каблуки, третья съездила четвертой по сусалу, гарна дивчина ответила градом затрещин; пятая, запустив наманикюренные когти в угольно-черную гриву десятой, то ли грузинки, то ли армянки, вырвала пышный клок, рычит однако несыто; двадцать вторая дубовым брусом огрела сорок четвертую; а вот скуластенькая, смугленькая, плоская, демонстрируя знание приемов восточных единоборств, метит ударом пятки в лоб всякую, кого поймает в прорези своих жестоких глаз; пятьдесят пятая, схлопотав доской по кумполу, сидит посреди сражения, как дюреровская Меланхолия; на шестьдесят шестую налетела девяносто девятая, сцепились, закружились, шипя и мяукая, у обоих лопнули бретельки и наружу вывалились сокровенные, округлые, лилейные...

Николай Байтов, «Думай, что говоришь»

Но мы очень — ты понимаешь? — очень… учитывая его заслуги перед языком, мы тогда… мы не могли не…

Николай Байтов, «Думай, что говоришь»

Когда же он дошёл до последних букв текста, он испытывал такое чувство… даже и не чувство… — словом, — которое бесполезно было бы даже и пытаться описать.

Марианна Гейде, «Бальзамины выжидают»

В один прекрасный день в носу девочки скопилось такое количество инородных тел — животных, людей, предметов, домов, деревьев, — что она стала испытывать невыносимый зуд и жжение и в конце концов чихнула, так что эти предметы разлетелись во все стороны, а девочка всё чихала и чихала, и предметы всё продолжали разлетаться, вот и сейчас, если вы прислушаетесь —

Милорад Павич, «Хазарский словарь»

Он никогда не читал книг и говорил: «Свет откладывает в мои глаза яйца, как мухи слюну в рану. Известно, что может вылупиться из таких яиц…»

Николай Байтов, «Проблема адресации»

О, какой нестерпимый стыд я испытал при этом! — стыд, но и что-то вместе с тем… что-то, что-то другое…

Венедикт Ерофеев, «Бесполезное ископаемое»

Вы, конечно, спросите, вы, бессовестные, спросите: «Так что же, Веничка? Она …?

Венедикт Ерофеев, «Бесполезное ископаемое»

Я ему говорил: «И вот, по наущению патриарха Кирилла, одержимые фанатизмом монахи Александрии сорвали одежды с прекрасной Гипатии и…»

Алис Зенитер, «Я — девушка без истории»

Парацельс, философ и медик XVI века, думал, что зародыш формирует только сперма, а женщина — лишь «печь», что заставляло его яростно мастурбировать над поддонами… о результате нетрудно догадаться.